Пятый день суда: “политический процесс” Питера Сандэ

By | 21.02.2009

Еще один день суда над Пиратской Бухтой. Сможет ли Питер Сандэ противостоять давлению? Мы в этом почти не сомневаемся, но обвинение пытается усложнить ему задачу, уже второй раз представив необъявленные заранее улики. Питер требует у них разъяснений, не политический ли это процесс?

Пятница, пятый день суда… Хуокан Росвелл начал заседание с допроса Питера Сандэ (brokep), желая знать, в частности, имел ли тот когда-нибудь дело с компьютерными системами The Pirate Bay. Питер ответил положительно, но уточнил, что его участие в этой сфере было очень ограниченным.

Последовал вопрос о сделках по продаже рекламы на сайте Пиратской Бухты, особенно о договоре с Random Media, который Сандэ подписал, представившись как “учредитель”. По словам Питера этот термин использовался им в отношении другого нового веб-сайта, который должен был получать средства на развитие из рекламных доходов TPB.

Далее обвинитель завел разговор о Piratbyran (Пиратском бюро Швеции) и спросил, настроена ли эта организация против авторского права. “Не радикально против. Есть много разных мнений”, — парировал brokep.

Следующим вопросом было личное отношение Питера к авторскому праву. “Это непростой вопрос. Мне нравятся незащищенные копирайтом вещи, что очевидно”, — ответил он.

Еще ему пришлось отвечать, знал ли он о существовали на сайте TPB страницы, цитирующей переписку с правообладателями. Питер сказал, что знал об этом.

Пытаясь говорить с brokep’ом на одном языке, обвинитель немного запутался в компьютерном сленге:

“Когда вы впервые встретили [Готфрида] IRL?” — спросил Росвелл. “Мы не используем выражение IRL, — ответил Питер. — Мы говорим AFK”. “IRL?” — переспросил судья. “В реальной жизни [In Real Life]“, — просвятил его прокурор.

“Мы не используем это выражение, — еще раз заметил Питер. — Всё происходит в реальной жизни. Мы предпочитаем термин AFK — вдали от клавиатуры [Away From Keyboard]“. “Действительно… — задумался Росвелл. — Кажется я немного отстал от жизни”.

Одна из важных задач обвинения на текущий момент — это все-таки разобраться в запутанной схеме работы The Pirate Bay, как в технической ее части, так и в функциях каждого из ответчиков по делу. Пытаясь определить роль Питера, Хуокан Росвелл интересовался, был ли тот публичным представителем проекта. Brokep объяснил, что действительно неофициально занимался этим, так как больше никто из команды не хотел. Когда приходил запрос от прессы о комментариях по какому-либо случаю, он брался отвечать.

Обвинение перешло к отношениям Питера с рекламодателем Даниэлем Одедом, в частности получал ли Сандэ от него деньги или нет. “Разве ни странно, что вы получали эти отчеты о доходах? Не кажется ли вам, что это за пределами полномочий публичного представителя компании?” — интересовался прокурор.

“Думаю, у него [Одеда] такой способ мотивировать людей. Он слал столько странной почты, что я не прочел и половины его писем. Возможно, через меня он пытался связаться с Фредриком или Готфридом”, — ответил Питер. Но обвинение продолжало продираться сквозь запутанные отношения внутри Пиратской Бухты, постоянно ссылаясь на TPB с эпитетом “компания”.

Выяснилось, что Питер и Готфрид встречались с Даниэлем Одедом в 2005/2006 годах. А Карл Лундстрём и Питер Сандэ видели друг друга лишь пару раз.

На вопрос “Правда ли, что вы ездили в Израиль, чтобы встретиться с Одедом в 2006 году?” Питер ответил утвердительно.

“С какой целью вы поехали на встречу?” — не сдавался Росвелл. “Потому что он пригласил меня в гости”, — был ответ Питера. “Но вы же ехали туда не для походов на пляж?” “Я ходил и довольно часто”.

Допрос продолжался по обильной переписке Питера с Одедом, особенно касательно идеи создания YouTube-подобного сайта VideoBay. Ссылаясь на разработку поискового механизма Пиратской Бухты, прокурор предположил, что Питер занимался также и технической стороной проекта. Но тот отверг это предположение, заявив, что над этим работали другие люди.

В определенный момент разговора Питер признался, что придумал продавать статистику TPB, так как она может быть интересна газетам и другим СМИ. На последовавший за этим вопрос, рассчитывал ли он извлекать прибыль из Пиратской Бухты, Сандэ ответил отрицательно.

После перерыва к допросу перешел Питер Дановски. Сперва он поинтересовался образованием Питера Сандэ и узнал, что тот бросил школу, но впоследствии самостоятельно выучил программирование и английский язык через интернет. Затем Дановски перешел к распросам о рекламном агентстве Random Media, ссылаясь на почтовую переписку The Pirate Bay.

Дабы повторить вчерашнее “шоу”, обвинение представило еще одну улику, которая не была заявлена на предварительном слушании. Дановски продемонстрировал какую-то газетную статью, пытаясь опровергнуть слова Питера.

По сообщениям очевидцев это разозлило не только защитников, но и судью, который сделал адвокату обвинения выговор. Защита же потребовала от него прекратить вести себя как в американском суде. Затем суд сделал десятиминутный перерыв, чтобы обсудить случившееся.

Возобновив заседание, судья заявил, что новые материалы необходимо предъявлять — как положено — заранее. И обвинение вдруг “вынуло из ларца” свои новые улики. Суду пришлось сделать еще один перерыв, чтобы Питер Сандэ мог ознакомиться с ними. Это были 9 документов.

После перерыва допрос продолжился. Дановски интересовало “Проводили ли вы выступление по теме “Как разоружить миллиардную индустрию”?” “Да”, — ответил Сандэ.

Дановски начал цитировать некоторые из записей Питера на его блоге Brokep.com, но тот заявил, что его записи в блоге не имеют отношения к The Pirate Bay, даже если обвинению хотелось бы думать иначе.

Продолжая давить на ответчика распросами о его отношении к авторскому праву, адвокат IFPI услышал в ответ: “Это уже политика. Что это — правосудие или политический процесс?” Дановски проигнорировал вопрос, вынудив Питера повторить: “Я хочу получить ответ от адвоката Дановски. Это политическое дело? Ответьте”.

“Как дело о нарушении авторских прав может быть политическим?” — последовала реакция оппонента. “Ничего не добавите? Хорошо, позвольте мне вам помочь…” и Питер пустился в рассуждения об истинных целях задаваемых оппонентом вопросов.

Дановски прервал его на на словах о том, что правообладатели сами порой преступают закон. Питер сослался на Warner Brothers, которые организовывали атаки на файлообменные сайты.

На вопрос, какова же цель Пиратской Бухты, Сандэ ответил: “Чтобы помочь пользователям делиться своими файлами с другими”. “Даже теми, что охраняются авторским правом?”, — спросил адвокат. “Иногда возможность делиться приводит к таким печальным последствиям”.

После недолгого выступления адвоката от киноиндустрии Моники Вадстед суд прервался на обед.

По окончании перерыва адвокат защиты Питер Альфин приступил к допросу своего клиента. Его интересовало, был ли Сандэ ответственен за результаты работы TPB или может быть чувствовал себя ответственным за комментарии на сайте. Ответ на оба вопроса — “нет”.

Адвокат также заметил, что Питер мог бы заработать немалую сумму на The Pirate Bay. “Это не так, у меня нет припрятанного неподалеку миллиона. Хотя было бы неплохо”.

Когда Альфин поинтересовался о количестве защищенных авторским правом раздач на трекере, Питер рассказал, что проводил исследование и из 1000 случайных торрентов 80% не нарушали копирайтов и заметил, что на YouTube гораздо больше незаконных материалов.

Следующим на вопросы отвечал Карл Лундстрём. Он рассказал суду, как в 2004 познакомился с Фредриком на мероприятии “Dreamhack” в Йоношопе (J?nk?ping), Швеция. Суд услышал также, что Лундстрём всегда считал, что деятельность Пиратской Бухты вполне законна, но им не хватало ресурсов для развития. Именно поэтому он подписал договор с Фредриком о том, что они могут получить две машины в компании “Rix Telecom” в Гётеборге, а сам Фредрик может работать техником там же. Сделка должна была позволить The Pirate Bay развиваться с незначительной финансовой поддержкой от Лундстрёма, а когда сайт вырастет и добьется успеха, они останутся в Rix, но будут платить уже как остальные клиенты.

Далее Росвелл стал допрашивать Лундстрёма. Ответчик признался, что ему было известно о случаях пиратства с использованием сайта TPB и он понимал, что Пиратская бухта — это “файлообменник, торрент-сайт”.

Говоря о рекламе на сайте, он сказал, что это был его план, призванный в будущем покрывать расходы на поддержание проекта. Лундстрём также добавил, что не вынашивал никакой идейной или политической составляющей для сайта и все, что его интересовало — это желание остальных ответчиков создать крупнейший в мире торрент-сайт. “Мне это нравилось”, — закончил он.

“Я могу это понять”, — была реакция Хуокана Росвелла.

Когда разговор зашел об оборудовании, полученном Пиратской Бухтой от Лундстрёма, тот рассказал, что оплатил за него счет на 18 000 крон. Он также заострил внимание на том, что никогда не хотел быть полноправным партнером в проекте, а лишь интересовался им и изредка давал советы команде The Pirate Bay.

После короткого перерыва допрос Лундстрёма продолжился. На вопрос о связях с Даниэлем Одедом обвинение узнало, что ответчик был с ним хорошо знаком.

Когда представитель киноиндустрии Моника Вадстед захотела узнать, почему 48-летний бизнесмен общается с людьми из TPB, его адвокат вмешался и сказал своему клиенту не отвечать на этот вопрос.

В 15:00 — после обсуждения расписания на следующую неделю — слушание завершилось.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *