Восьмой день суда: пираты убивают наш бизнес

By | 26.02.2009

На восьмой день слово взяли большие боссы индустрии развлечений. Глава IFPI Джон Кеннеди заявил, что TPB наносит огромный урон музыкальной индустрии по всему миру, а предлагаемое сайтом слишком заманчиво, чтобы не пользоваться им. Он также признался, что не понимает, как работают The Pirate Bay или uTorrent.

Первым давал показания Тобиас Андерсон из Пиратского бюро Швеции, вторым — гендиректор IFPI Джон Кеннеди, который, как и ожидалось, не стал комментировать составленное вчера пиратами открытое письмо с “предложением мира”. На повестке дня также Бертиль Сандгрен (Bertil Sandgren), член правления шведского Института кинематографии, Луис Вернер (Louis Werner) из местного отделения IFPI и гендиректор Universal Music Пер Сандин (Per Sundin).

Тобиаса Андресона быстро допросили по поводу речи, произнесенной Фредриком Нейджем (TiAMO) после ареста серверов TPB в 2006. Он рассказал суду, что действительно написал эту речь для Фредрика, т. к. тот не специализируется на публичных выступлениях. Допрос Андерсона длился лишь несколько минут и уже в 9:15 Джон Кеннеди начал давать свои показания по-английски при помощи переводчика на шведский.

Он подтвердил, что является генеральным директором IFPI и кратко описал свои служебные обязанности, заметив, что в IFPI состоит более 1500 членов по всему миру, а сама организация призвана “улучшить” законодательство об авторском праве путем государственного лобби и борьбы с пиратством во всех странах мира, ведь “пиратство нанесло огромный урон музыкальной индустрии”. Он также сказал, что IFPI ведет стратегически важные судебные разбирательства против различных своих противников по всему миру.

Суд услышал, что музыкальная индустрия много лет продавала свой продукт на физических носителях и пираты в то время доставляли ей немного проблем, но с приходом цифровой эпохи ситуация ухудшилась… вплоть до заявления отдельных людей, будто в цифровом мире не существует “копирайтов”. Кеннеди упомянул предыдущие “стратегически важные” для IFPI суды, а именно дело против Grokster в США и против Kazaa в Австралии.

Он описал ликование музыкальной индустрии по случаю победы над двумя этими компаниями и сказал, что именно после поражения двух этих p2p-сетей Пиратская Бухта получила шанс развивать свое дело. Сам Джон Кеннеди впервые услышал о TPB в 2004 году, когда проект стремительно становился источником пиратской музыки №1, что наносило серьезный урон всему музыкальному бизнесу.

Свидетель заметил, что переход на цифровые технологии был серьезным вызовом для индустрии, и хотя в настоящее время потребляют гораздо больше музыки чем когда-либо прежде, “платят за нее меньше чем когда-либо”. Если музыка доступна бесплатно, говорит Кеннеди, слишком многие не могут сопротивляться искушению, и новые бизнес-модели распространения не могут процветать в подобном мире.

Когда обсуждение перешло к требованиям о возмещении ущерба, Кеннеди заявил, что требования эти “оправданы и возможно даже занижены, так как нанесенный ущерб просто огромен”. Рассматривая связь между ценой легальной загрузки и учетом ущерба, он рассказал, что для индустрии компакт-диски были выгоднее, чем цифровая дистрибуция сегодня.

Из этих доходов оплачивается труд исполнителей, продюсеров, сочинителей, издателей, работников маркетинговых отделов и студий звукозаписи, а на исследования (R&D) музыкальная промышленность тратит средств больше, чем многие другие индустрии. 20% дохода они вкладывают в поиск новых талантов, а если кто-то считает эти траты бессмысленными в эпоху интернета — он ошибается, заявил глава IFPI.

Кеннеди объяснил, что маркетинг музыкальных произведений ориентируется на получение максимальной прибыли непосредственно после выхода нового альбома, чтобы — в идеале — новинка заняла первый номер в чартах и “продалась” всей своей аудитории за первую неделю. Но если в это же время продукт становится доступен на Пиратской Бухте, “это резко уменьшает количество покупателей, из-за незаконного потребления музыки страдает законное, а в некоторых странах оно просто перестает существовать”.

Отвечая на вопрос о продажах компакт-дисков за последние 10 лет, он рассказал о снижении оборотов с 27 миллиардов долларов до 18, и если в 2001 году топ 10 альбомов продавались тиражом в 69 миллионов, то в 2008 было продано лишь 46 миллионов. 9 лет назад лучшая запись расходилась в 13 миллионов копий, а в 2008 группа Coldplay смогла продать лишь половину от этого.

Кеннеди спросили, какое влияние на тиражи CD оказало легальное скачивание музыки, и он ответил, что влияние это крайне незначительное. Музыкальная индустрия всегда полагалась на молодежь, как на основных потребителей, но сейчас они пристрастились к сайтам с пиратской музыкой. “Многие законные сайты пытались конкурировать с этой дармовщиной. Но соперничать с ней невозможно в принципе”.

Комментируя существующую точку зрения, что незаконное скачивание увеличивает продажи, Кеннеди заклеймил ее как устаревшую, по его мнению люди больше так не поступают. На заявление о том, что файлообмен помогает концертной деятельности, он сказал, что каждый удавшийся концерт основан на предшествующей этому популярности музыкантов и на хороших продажах.

Отвечая на вопрос о различиях между Google и TPB, глава IFPI сказал, что их невозможно сравнивать. “Мы часто общаемся с Google по поводу предотвращения пиратства. По запросу “Coldplay” в Google вы получите 40 миллионов документов, среди которых пресс-релизы, легально распространяемые композиции группы, обзоры и цены на альбомы и концерты. Pirate Bay выдаст менее тысячи результатов, но все они будут вести на пиратские клипы и музыку. К сожалению Пиратская Бухта полностью соответствует своему названию и главная ее задача — сделать доступными материалы, на которые у нее нет прав. Она удаляет поддельные файлы, она дает доступ, она побуждает к нарушениям”.

Кеннеди сказал, что угроза со стороны TPB постоянно растет. “Они гордятся своей статистикой — у них 22 миллиона пользователей, 1 миллион посетителей ежедневно, 1.6 миллионов торрентов, они отвечают за 55% BitTorrent-трафика. Они гордятся качеством своих услуг”.

Отвечая про десятикратный множитель суммы ущерба для материалов, появившихся в сети еще до официального выхода, Кеннеди сказал, что считает его справедливым относительно наносимого такими утечками убытка. IFPI, с его слов, имеет целую команду экспертов, которые изо дня в день отслеживают пиратство в интернете.

Он продолжил, заявив, что скачивающие музыку с TPB тратят гораздо меньше денег на покупку музыкальных произведений чем могли бы. “Это очевидно, если бы они не могли найти ее бесплатно, то купили бы. И когда мы спрашиваем, они подтверждают это”.

Комментируя мнение, что у скачивающих с TPB может просто не быть денег, Кеннеди сказал, что у молодежи есть деньги, но они больше не хотят тратить их на музыку, а незаконное скачивание — прямая причина сокращения продаж.

Отвечая, может ли он подтвердить это заявление, Кеннеди заявил, что из нескольких научных исследований лишь одно пришло к выводу об отсутствии связи между файлообменом и падением продаж, все остальные утверждают обратное. Завязалась дискуссия, в ходе которой адвокаты защиты допросили свидетеля о деталях этих исследований.

Защита обратила внимание суда на то, что в одном из упомянутых исследований утверждается, что работы менее популярных исполнителей на TPB наоборот скачиваются активнее, но Кеннеди возразил, что в свои 56 лет он тем не менее узнает имена почти всех музыкантов из списка 100 самых популярных на The Pirate Bay.

Адвокат Лундстрёма поинтересовался, каков доход индустрии при озвученном ранее обороте в 18 миллиардов долларов за 2008. “Ужасный”, — ответил ему глава IFPI. “[из крупных игроков] лишь одна компания работает не в убыток”. От вопроса, почему, зная оборот индустрии, он не знает цифр дохода, Кеннеди уклонился.

Затем свидетеля спросили, сколько из этих 18 миллиардов идет на борьбу с пиратством. С его слов расходы можно поделить на три основных направления: RIAA в США, IFPI и локальные представительства IFPI (например, шведское), и у каждого свои бюджеты, значительная часть которых расходуется на борьбу с пиратством.

Всего же IFPI потратило на лоббирование своих интересов и борьбу с пиратством 75 миллионов британских фунтов.

Кеннеди рассказал, что является юристом с 70-х годов, но сейчас не занимается юридической практикой. В вопросах же устройства BitTorrent его познания поверхностны. Когда защита решила расспросить подробнее, взяв для примера uTorrent, свидетель сказал, что когда-то слышал об этом, но не имеет ни малейшего представления о деталях. Стало очевидно — он совершенно не разбирается даже в простейших технических вопросах.

Предпринимало ли IFPI действия против людей, которые фактически раздавали музыку на TPB? Джон Кеннеди не смог сказать точно. Затем глава IFPI признался, что не понимает принципов работы The Pirate Bay и защита спросила, как он в таком случае может обвинять их. Адвокаты вновь поинтересовались, почему IFPI не боролись с авторами раздач, но Кеннеди не смог ответить на этот вопрос: “скорее всего, мы действительно не предпринимали в их отношении никаких действий”.

Последовал вопрос, почему его организации еще не засудила Google по тем же причинам, по которым сейчас судится с TPB. Кеннеди сказал, что Google сотрудничает c IFPI по вопросам охраны авторского права, в его организации с Google ежедневно общается команда из 10 человек. Вот если бы поисковик не стал сотрудничать, то подали бы в суд и на него.

Защита также хотела знать, делались ли любые из упомянутых им исследований по заказуIFPI. Кеннеди ответил, что не знает.

Суд объявил перерыв.

Далее свидетельствовал Бертиль Сандгрен, член правления шведского Института кинематографии. Его попросили рассказать суду о том, что ему известно о файлообменных сетях и услышали, что некоторые фильмы “утекают” в них еще до премьеры, что на файлах в этих сетях нет защиты от копирования и — даже — то, что к таким файлам обычно прилагаются субтитры.

Судья попросил перейти к вопросам об оценке ущерба. Сандгрен рассказал, что файлообмен начал влиять на индустрию кино в 2002/2003 годах. Он утверждал, что есть статистическое подтверждение того, что незаконный обмен файлами сказался на количестве продаваемых в кинотеатрах билетов. В Швеции за период с 2002 по 2006 года эти продажи упали на 31%.

“Причина в том, что число проданных билетов упало относительно возросшего количества премьер. Обмен файлами сузил рынок. В среднем на один фильм в год теперь приходится на 10.000 билетов меньше. Что эквивалентно сумме от 800.000 до 1.000.000 шведских крон”, — поведал суду Сандгрен.

Он также рассказал об изобретенном ими методе подсчета убытков. Истцы подсчитали количество скачиваний всех фильмов за год, а затем применили к нему рыночную долю (4% для х/ф “Mastermind”) каждого фильма, чтобы получить интересующие их цифры: “Допустим, 1 миллион человек качает фильмы, вероятно 4% скачали себе “Mastermind”. Из этого числа 28,5% скачали с TPB, что дает нам 12.000 загрузок”.

После данного объяснения, адвокаты защиты начали допрос Сандгрена. В основном их интересовала связь пиратства с падением продаж билетов. По заявлению защиты есть исследование, показывающее неочевидность такой связи, более того, 2008 был самым успешным годом для киноиндустрии Швеции. Сандгрен отказался комментировать причины успеха в 2008.

Около полудня суд прервался на обед.

После перерыва начался допрос главы Universal Music Пера Сандина и Луиса Вернера из шведского IFPI. Вновь почти все вопросы вертелись вокруг оценки ущерба, а адвокаты интересовались обоснованностью представленных в иске цифр. Вернер рассказал о падении продаж музыки в 2002 и 2003 годах, но, как отмечает блогер Анна Троберг, информация самой IFPI возможно противоречит этим заявлениям. Вернер утверждал, что незаконный обмен файлами был главной причиной упущенных продаж за прошлые годы.

Пер Сандин ответил “да” на вопрос, связано ли падение продаж с файлообменом. Далее он стал утверждать, что Пиратская Бухта является причиной 50% упущенных продаж в музыкальной индустрии. Ему однако пришлось признаться, что подтвердить свою точку зрения он ничем не может.

Питер Сандэ из TPB и Пер Сандин из Universal столкнулись на выходе из суда, о чем Питер рассказал у себя в твиттере: “Я только что сыграл злую шутку с Пером Сандином из Universal. Продолжаем веселье на #spectrial! Ах да… само собой, она прошла успешно”.

В 16:00 заседание закрылось.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *